Офтальмологи в очках: почему создатели лазеров не делают себе ЛКЗ?

Если вы когда-нибудь были в крупном офтальмологическом центре или смотрели видеоролики клиник на YouTube (где вам продают LASIK и обещают «вечное 100% зрение без боли и рисков»), вы могли заметить бросающийся в глаза парадокс.

Почему главный врач, рассказывающий вам о чудесах эксимерного лазера, сам сидит в очках?

Почему на международных конференциях по рефракционной хирургии добрая половина зала профессоров носит на носу массивные оправы? Люди часто гуглят: почему врачи не делают лазерную коррекцию себе? Если процедура настолько безопасна и совершенна, как о ней говорят в рекламных брошюрах, почему создатели этой технологии и сами окулисты отказываются класть свои глаза под нож и лазер?

Главные отговорки врачей

Если вы в лоб спросите хирурга: «Доктор, а почему вы сами в очках?», он, с вероятностью 99%, выдаст вам одну из этих дежурных заученных фраз:

  1. «Мне так удобно читать и оперировать вблизи.» (Оправдывая свою близорукость как инструмент для работы с микроскопом).
  2. «У меня слишком тонкая роговица / сложный астигматизмом, мне нельзя!» (Конечно, у каждого второго главврача внезапно оказываются “противопоказания”).
  3. «Очки — это часть моего имиджа и стиля.» (Аргумент, который предлагают поверить на слово пациентам, уставшим от запотевающих стекол зимой).
  4. «Мне уже за 40 лет (пресбиопия), нет смысла.» (Правда, когда вам, пациенту, исполняется 37, вас с улыбкой берут на операционный стол).

Но в кулуарах, когда камера выключается, и врачи общаются за закрытыми дверями, звучит совсем другая правда. Врачи не делают себе коррекцию (LASIK, SMILE, ФРК), потому что они лучше всех понимают реальную цену ошибки и знают, как устроен глаз.

1. Здоровая роговица лучше поврежденной

Любая лазерная коррекция — это операция на здоровом (с медицинской точки зрения) органе. Близорукость — это не болезнь, это особенность рефракции (удлиненное глазное яблоко). А вот лазерная коррекция — это самая настоящая травма:

  • Чтобы убрать минусовые диоптрии, лазер навсегда испаряет, выжигает и истончает здоровую ткань роговицы. Тонкая роговица становится слабой и уязвимой.
  • При LASIK хирург разрезает роговицу микрокератомом, создавая «флэп» (крышечку). Врачи прекрасно знают, что эта крышечка никогда не прирастает обратно полностью (срастается только тонкий край эпителия). Врачи понимают: если они оставят свои глаза целыми, их глаза смогут противостоять внутриглазному давлению и травмам. Если хирург получит веткой по глазу на даче в очках — разобьются очки. Если хирург без очков с LASIK получит веткой по глазу — лоскут может навсегда сместиться или оторваться, даже спустя 10 лет после операции.

2. Хирурги знают про гало-эффекты и сухость

Офтальмолог каждый день видит пациентов, которые приходят жаловаться на осложнения после операции:

  • Синдром сухого глаза (ССГ). Во время среза роговицы лазер перерубает тысячи нервных окончаний, которые отвечают за слезоотделение. Многие пациенты годами вынуждены капать дорогие заменители слезы и испытывать жгучую боль при работе за компьютером. Врач не хочет так жить. Он знает, что в его очках глаза никогда не пересохнут.
  • Оптические аберрации (Гало, глэр, звездообразование). Врач знает, что вечером, когда зрачок расширяется и выходит за зону обработки лазера (которая обычно 6,0-6,5 мм), свет от фар встречных машин начнет расплываться огромными лучами и кругами. Хирург часто водит машину по ночам и не хочет, чтобы фары слепили его до потери ориентации на трассе.

3. Гарантированные проблемы после 40 лет (Пресбиопия)

Большинство офтальмологов — люди взрослые. Они прекрасно осознают физиологию: примерно в возрасте 40-45 лет хрусталик здорового человека начинает деревенеть. Это называется пресбиопией (или возрастной дальнозоркостью).

  • Пациент с -3.00 (близорукость): В 45 лет снимает очки для дали и спокойно читает телефон вблизи голыми глазами без напряжения.
  • Капитан очевидность с “идеальным 1.00” (после LASIK): В 45 лет теряет возможность сфокусироваться вблизи. Он вынужден пойти в оптику и купить “плюсовые” очки для чтения (+1.00, +2.00).

Окулисты, у которых слабая близорукость (-2.00 или -3.00), намеренно берегут свой минус к старости. Они знают, что близорукость — это подарок природы, который защищает от необходимости носить очки для близи (пресбиопические). Им проще носить контактные линзы или очки для дали сейчас, чем через 5 лет после ЛКЗ оказаться зависимыми от очков при каждой попытке прочесть сообщение в WhatsApp или ценник в магазине. Очки — это обратимо, лазерный луч — нет.

Вывод

Парадокс “сапожника без сапог” в рефракционной хирургии объясняется не тем, что врачам не повезло. Их нелюбовь к коррекции проистекает из высочайшей осведомленности о возможных катастрофических последствиях. Доказательные врачи (такие, как доктор оптометрии Наталья Ринская) открыто говорят о том, что операция — это ампутация здоровых тканей.

Конечно, в мире существуют хирурги, которые сделали коррекцию себе. Но в процентном соотношении их меньшинство. Если вы спросите честного врача без телекамер, он, скорее всего, скажет вам: «Если ты можешь терпеть очки или линзы — носи их. В глаз нужно лезть хирургическим скальпелем только тогда, когда есть угроза слепоты, а не ради косметического комфорта».